Кабульский парадокс: О талибах – без талибов

Опубликовано: 29.03.2018 11:20 Печать

Ташкент

Автор: ХАНОВА Наталия

Об авторе: Наталия Ханова, эксперт Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА).

Вскоре после того, как в Ташкенте завершилась очередная международная конференция по мирному процессу, в средства массовой информации поступили сообщения о том, что прошедшее мероприятие могло быть другим, поскольку своё желание участвовать в нём выражали представители повстанческого движения «Талибан».

Ссылки по теме

Конференция, посвящённая усилиям мирового сообщества по продвижению афганского мирного диалога, состоялось накануне в столице Узбекистана. В мероприятии приняли участие представители 23 государств и нескольких международных организаций. По итогам заседания была принята декларация, посвящённая мирному процессу в Афганистане.

Несмотря на поставленную организаторами задачу содействия внутриафганскому мирному диалогу, на конференции присутствовала только одна из сторон конфликта – делегация правительства ИРА во главе с президентом Мохаммад Ашрафом Гани, исполнявшим обязанности председателя совместно со своим узбекским коллегой Шавкатом Мирзиёевым.

Организаторы мероприятия выражали заинтересованность в подключении «Талибана» к конференции по меньшей мере за несколько недель до её проведения, но вооружённая оппозиция долгое время не заявляла о готовности присутствовать на международном заседании. В итоге мероприятие было проведено без участия представителей повстанческого движения.

Только по окончании международной встречи источник из узбекского внешнеполитического ведомства на условиях анонимности сообщил о том, что заявка на участие в конференции со стороны талибов была получена сотрудниками президентской администрации, передаёт информационное агентство «Росбалт».

Представители «Талибана» обратились к узбекскому руководству в личном сообщении, используя социальную сеть “Twitter”. Тем не менее, заявка так и не была рассмотрена – причиной для этого послужило её слишком позднее поступление.

Согласно источнику, талибы отправили своё сообщение в ночь с понедельника на вторник, накануне открытия конференции, и фактически для пересмотра программы конференции не было времени.

Примечательно, что ранее движение «Талибан» отказалось от участия в ещё одной международной встрече по мирному процессу, подготовка к которой проходила на территории Индонезии. В своём обращении представители вооружённой оппозиции выразили скептическое отношение к подобным международным мероприятиям, заявив, что истинной целью их проведения является принуждение к капитуляции. Заявление также содержало призыв к богословам-сторонникам движения и представителям других исламских стран не участвовать в конференциях, направленных на «легализацию» кабульской администрации и иностранного военного присутствия.

Критика талибов, по-прежнему позиционирующих себя в качестве «Исламского эмирата Афганистан», законного правительства страны, свободно может быть отнесена в том числе и к Кабульской конференции, состоявшейся в афганской столице в прошлом месяце. Именно на этом мероприятии правительство ИРА представило мировой общественности развёрнутую программу мирного диалога в его политическом, социальном и других аспектах, а также планы реинтеграции бывших боевиков.

Беспрецедентным шагом, предпринятым президентом Ашрафом Гани в ходе конференции в Кабуле, стало признание «Талибана» политической силой, пусть и нуждающейся в легализации – как отмечает афганский политолог Вахид Можда, в прошлом правительство страны расценивало повстанческое движение исключительно в качестве подконтрольной Пакистану группировки. Примечательно, что «Талибан», в свою очередь, относится к официальному Кабулу как к марионеточному правительству, управляемому США, в связи с чем не желает участвовать в диалоге с ним.

Таким образом, серьёзным препятствием на пути переговоров на протяжении долгого времени являлось нежелание каждой из сторон признавать самостоятельность своего оппонента как участника диалога. Правительство Афганистана предприняло достаточно смелую попытку переступить этот барьер в расчёте на ответное признание, однако так и не дождалось подобного шага – талибы прибегли к тактике выжидания, воздержавшись от любых заявлений, которые могли быть восприняты как свидетельство готовности к переговорам с Кабулом.

Ташкентская конференция являлась логическим продолжением Кабульского процесса, и с высокой вероятностью негативная риторика повстанческого движения послужила для организаторов сигналом нежелания вооружённой оппозиции участвовать в очередном международном мероприятии, посвящённом вопросам примирения.

Тем не менее, в настоящее время с уверенностью можно сказать, что организаторы конференции изначально не рассчитывали на участие «Талибана», в особенности после того, как движение проигнорировало приглашение на мероприятие в Кабуле.

Представители правительства Узбекистана крайне уклончиво описывают ситуацию с приглашением талибов на международное мероприятие, напрямую не отвечая на вопросы журналистов о том, было ли направлено «Талибану» формальное приглашение. «Мы довели до сведения всех политических сил, что наша платформа открыта для участия всех», – так охарактеризовал подготовку к проведению конференции вице-спикер узбекистанского сената Содик Сафоев.

Несмотря на то, что представительство повстанческого движения по-прежнему действует на территории Катара, при этом талибы неоднократно призывали мировое сообщество обращаться в их офис для международных переговоров, оговорки узбекистанских властей свидетельствуют о том, что данная возможность пригласить талибов на конференцию так и не была использована.

Безусловно, представители «Талибана» владели информацией о готовящемся международном мероприятии, активно обсуждавшемся в афганской и центральноазиатской прессе. У повстанческого движения было достаточно времени для того, чтобы подать заявку на участие в конференции, однако талибы, в свою очередь, демонстративно обратились к администрации президента Узбекистана в последний момент, понимая игру, ведущуюся вокруг переговоров с вооружённой оппозицией.

До сих пор представители «Талибана» никак не прокомментировали свою попытку участия в Ташкентской конференции, но с уверенностью можно сказать, что в случае необходимости движение охарактеризует это событие как свидетельство нежелания оппонентов поддерживать «миротворческие устремления» движения. Несмотря на то, что «Исламский эмират Афганистан» по-прежнему не выражает заинтересованности в диалоге с официальным Кабулом, международное признание остаётся для него важным приоритетом.

Несмотря на интерес талибов к взаимодействию с иностранными государствами, в последние годы мировое сообщество пришло к выводу о непродуктивности диалога между «Талибаном» и внешними силами в целях примирения Афганистана. Напомним, что проект талибского представительства в Катаре, созданного ещё в 2013 году в целях продвижения внутриафганского диалога, потерпел крах именно по той причине, что повстанческое движение не рассматривало официальный Кабул в качестве полноценного участника переговоров.

Текущая ситуация с международным диалогом вокруг афганского процесса до сих пор остаётся патовой – конференции и консультации, проводимые мировым сообществом под знаменем мирного процесса, изначально не предполагают талибского участия и не рассчитывают на него. Идея внутриафганского диалога, влияние внешних сил на который по определению может носить только опосредованный характер, выступает в качестве знамени, собирающего различные страны для обсуждения сотрудничества с Афганистаном на двустороннем, региональном и мировом уровне, но фактически не служит поставленной цели продвижения переговоров с вооружённой оппозицией. Более того, талибы понимают, что их роль в Кабульском процессе как международной инициативе остаётся ограниченной и не принесёт им выгоды – роль движения «Талибан» в «переговорах о переговорах» остаётся символической, и тенденции к изменению сложившейся ситуации до сих пор не прослеживается.

Между тем, вне зависимости от усилий международного сообщества, повстанческое движение получило новую возможность участия в переговорах, к которой оно отнеслось более благосклонно, чем к взаимодействию с афганскими властями и Высшим советом мира.

В частности, экс-губернатор западной провинции Герат и один из лидеров партии «Джамати-Ислами» Мохаммад Исмаил Хан предложил талибам вести переговоры «с семьёй участников джихада» – ветеранами войны в случае невозможности или нежелания взаимодействовать с нынешним правительством страны. Как и официальный Кабул, он сообщил талибам о возможности легализации после утверждения в стране нового «исламского строя».

Заявление Исмаил Хана, изначально воспринятое как пиар-ход, неожиданно вызвало интерес представителей «Талибана», выразивших готовность вести переговоры с моджахедами и другими соотечественниками, не поддерживающими иностранное военное присутствие и сложившуюся ситуацию в стране, через катарское представительство.

На данный момент перспектива внутриафганских переговоров в обход усилий официального правительства Афганистана остаётся расплывчатой. Тем не менее, не исключено, что именно оппозиционные политические силы смогут наладить диалог с повстанческим движением.

Безусловно, на пути продвижения мирного процесса афганскому обществу предстоит преодолеть многочисленные вызовы и не раз пойти на риск. Тем не менее, если взаимодействие с представителями легальной оппозиции вызывает интерес талибской стороны, то международные мероприятия, проходящие под девизом поддержки мирного процесса, по-прежнему служат политическим целям, не имеющим прямого отношения к диалогу с повстанческими силами, и их перспективность в этом отношении вызывает большие сомнения.

Вооруженная оппозиция